Могут ли сплетни, распространяемые взрослыми людьми на рабочих местах, быть более несостоятельными, чем те, что возникают в школах среди учеников подросткового возраста? Если вам трудно в это поверить, то вы, очевидно, пропустили последний выпуск «Журнала современной этнографии», посвятившего свою основную тему проблеме распространения слухов учителями американской начальной школы о ее директоре.

Довольно редкие записи такого рода «эпизодов злословия» — предмет давно ведущихся среди антропологов и социологов споров. Одна из спорящих сторон (так называемая школа функционалистов) считает сплетни полезным инструментом поддержания групповой солидарности.

Другая сторона видит в них проявление злонамеренного поведения индивидуумов, пытающихся за счет обсуждения и осуждения кого-то достичь собственных целей.

Обе школы строят теории, но редко ведут непосредственное наблюдение за слухами, возникающими в их собственной среде обитания. До настоящего времени их «графики злословий» базировались на результатах исследований, проводившихся в неформальной обстановке, — в жилом комплексе в Германии или в кафетерии американской школы.

Исследования доказали, что стоит кому-то высказать негативное мнение о человеке, не присутствующем при разговоре, недоброжелательность по отношению к этому человеку усиливается, если никто не выступит в его защиту.

Новый эксперимент, проведенный социологами Тимом Хэллетом и Донной Эдер из Университета Индианы и Брентом Хэргером из Колледжа Олбрайт в Пенсильвании, показал, что пересуды на рабочем месте сопровождаются изощренными оскорблениями и ведут к трудно предсказуемому исходу. «Офисная сплетня сродни войне репутаций, — говорит д-р Хэллет. — Люди ведут, казалось бы, неформальную беседу, но пользуются иносказаниями и намеками. Сотрудники проявляют большую осторожность, так как знают, что могут потерять не только дружбу, но и работу». Д-р Хэллет в течение двух лет изучал динамику отношений между коллегами в одной из начальных школ среднезападного региона.

За это время учителя настолько привыкли к нему и его видеокамере, что в беседах с ним не боялись негативно высказываться о начальстве. Однако на формальных встречах коллеги осторожнее выбирали выражения.

Вместо открытой критики они прибегали к саркастическим замечаниям, а иногда использовали тактику, называемую «похвалой предшественнику». На собрании группы один из учителей с благодарностью отзывался о прежней администрации: «Раньше ты мог спокойно преподавать, никто не заглядывал тебе через плечо».

С ним все согласились. По мере того, как учителя все больше насмехались над директором, называя ее «зажималой» и «фанатичкой», атмосфера накалялась. Директор почувствовала, что ее авторитет подорван и стала мстить тем, кого подозревала в распространении сплетен.

Учителя и административный персонал начали покидать школу, в результате чего успеваемость учеников ухудшилась. «Эти пересуды действительно сплотили учителей, сделав их группой единомышленников, но в данном случае они стали формой военных действий, в результате которых проиграли все», — отмечает д-р Хэллет.

Некоторые начальники пытались сделать свои офисы «зонами, свободными от сплетен». Но д-р Хэллет считает, что необходимо контролировать ненужные слухи и предотвращать их. Если, скажем, один из ваших офисных конкурентов собирается промыть косточки отсутствующему коллеге, то, советует д-р Хэллет, следует дать осуждаемому «упреждающую позитивную оценку».

Достаточно спросить: «Разве он плохо справляется со своей работой?» — и атака будет остановлена. А если ситуация обостряется, и пересуды становится злобными, существует проверенный способ прекратить их: «У нас разве другого дела нет?»

Оставить комментарий

Ваша почта не будет опубликована